I  N  T  E  R  E  T  H  N  I  C
Сайт Центра Межнационального Сотрудничества
Архив старого сайта Центра межнационального сотрудничества
Публикации


Российская газета
Бартош Венглярчик


Штурм школы в Беслане - анализ


На одного убитого или пойманного террориста приходится, самое меньшее, десять убитых заложников. Такая пропорция - полная катастрофа.

Почему военные пошли на штурм?

Не известно. Очень маловероятно, что это был запланированный штурм с целью освобождения заложников. Ни один профессионал не отважился бы штурмовать школу днем, когда гибель большого числа заложников была неизбежной. Штурм, безусловно, планировался, но, скорее всего, в ночь.

По-видимому, террористы вынудили начать штурм. Если штаб получил информацию, что террористы убивают заложников, атаковать надо было немедленно, без раздумий. Во всем мире антитеррористические группы имеют два плана штурма: один - для идеальной ситуации, другой - именно для непредвиденной. То, как проходила акция в Беслане, показывает, что россияне не имели аварийного плана, они были потрясены развитием событий.

Если бы оказалось, как говорит одна из версий, что началом штурма был взрыв, проломивший стену, то это было бы колоссальной ошибкой.

Можно ли было провести штурм лучше?

Безусловно, можно было лучше к нему подготовиться. Было больше двух часов, чтобы привести на место соответствующие силы и технику. По неподтвержденной информации, в штурме участвовал спецназ, но это были не специалисты, выученные освобождать заложников, а боевое подразделение. Они по-другому обучены, для них главное - обезвредить противника, а не спасти заложников.

Что еще было сделано не профессионально?

Попытка оградить школу кордоном безопасности потерпела фиаско. Из школы не должен был выбраться ни один террорист, а их, возможно, убежало больше десятка.

Милиция и военные не убрали из окрестности школы гражданских лиц. Там крутилось множество людей, в том числе - вооруженных. Это сделало невозможной координацию действий разных подразделений, с которой в России и без того проблема. Два года назад главный российский военный журнал "Военная мысль" предостерегал: "антитеррористические операции у нас затруднены недостатком координации между полицией, армией и местной властью".

На Западе место, где удерживаются заложники, всегда строго изолировано. В непосредственной близости от него могут находиться только спецназовцы и переговорщики. Ничто не должно спровоцировать террористов: вид оружия, нервное поведение полиции или толпа зевак. Если в Беслане кто-то навел террористов на мысль, что начинается штурм, то это была непростительная ошибка тех, кто отвечал за всю операцию.

После штурма мы видели полное замешательство: беспорядочная беготня людей в белых халатах, нехватка карет скорой помощи, толпы вооруженных военных вперемешку с гражданскими. Это не только затрудняло штурм, это, прежде всего, облегчало побег террористам и уменьшало шансы выжить тяжело раненным.

Бой в здании длился слишком долго. Штурмующие, похоже, не знали, сколько людей в здании и где они находятся. Из истории антитеррористических операций мы знаем, что каждая секунда длящегося штурма многократно увеличивает вероятность гибели заложников. Образцовые антитеррористические операции длились от 30 до 90 секунд.

В России, которая на протяжении не одного года подвергается атакам террористов, есть профессиональные антитеррористические подразделения?

Нет. В СССР было образовано несколько специальных подразделений, в том числе, знаменитые "Альфа", "Вымпел", "Дельфин", и еще несколько, с такими же звучными именами. Все они - группы десантников, созданные для того чтобы, в случае III мировой войны, атаковать цели на Западе. Они были обучены убивать, а не спасать.

Собственно антитеррористические силы в России имеются в полиции некоторых республик и округов, а также - в ФСБ. Но им не хватает профессионального обучения и современного оборудования.

Кремль до сих пор не выработал ясной процедуры поведения во время антитеррористической операции. Кто ведет переговоры, как собирается информация, кто готовит штурм - определяется не процедурой и обстоятельствами, а влиянием местного начальства и генералов. По словам российских же наблюдателей, штурм в Беслане проводил осетинский спецназ - подразделение, предназначенное для атак за линией фронта, а не для освобождения гражданских лиц.

Во всем мире подразделения спецназа имеют узкую специализацию: тот, чья задача ловить Бен Ладена, никогда не станет штурмовать здание с заложниками, и наоборот.

Российские эксперты часто пишут о профессионализме своих антитеррористических сил. Только все их крупные операции, которые проводились после падения СССР, были не освобождением заложников, а резней.

Об авторе: Бартош Венглярчик - обозреватель "Газеты Выборчей", эксперт

Перевод с польского - Юлия Середа, Hro.org



Источник: "Газета Выборча"



Если у Вас есть интереснаяинформация о межнациональной
обстановке в вашем регионе илио деятельности вашей организации,
то мы будем рады получать ее от васи размещать на нашем сайте.
center@interethnic.org