I  N  T  E  R  E  T  H  N  I  C
Архив старого сайта Центра межнационального сотрудничества
Архив старого сайта Центра межнационального сотрудничества
Новости Центра

build_links()); ?>


Возвращение в детство,
или Приключения иностранцев в России в погоне за русской экзотикой.


Мы ехали в Новосибирск, в Межнациональный молодежный лагерь, работать с детьми и вожатыми, смотреть, как молодое поколение воспитывают в духе толерантности, учить и учиться. Нам было интересно посмотреть, как работает лагерь, путевки в который распространяются через национальные объединения, где собираются вместе дети разных культур и вероисповеданий. Заодно побывать в Сибири и показать иностранным волонтерам русскую экзотику. К этому моменту они уже убедились в том, что в Москве медведи по улицам не ходят, но вот как оно там с этим делом за Уралом…

Экзотика началась уже в поезде. Действующие лица: россияне Ашот Айрапетян - директор ЦМС и Мария Копельян - автор сего материала; граждане Германии Сандро Хеншель и Маркус Айхер; австриец Штефан Рихтер и гражданка Канады Джеки Эдвардс. Место действия: поезд Москва - Улан-Удэ. Влетев в вагон за минуту до отправления поезда, мы обнаружили, что билеты нам достались в разные вагоны, причем все места оказались верхними боковыми. Всю прелесть подобной диспозиции мы распознали лишь при попытке проведения совместной трапезы, и основной стратегической целью на ближайшие двое суток стал для нас поиск в одном из трех вагонов места, где могли бы собраться одновременно шесть человек, и продержаться на занятых позициях в течении времени для однократного приема пищи. Задачка эта оказалась не из легких, ибо пассажиры с нижних полок предпочитали путешествовать сугубо в горизонтальном положении. А нам на своих верхних полках не лежалось. Температура в вагоне зашкаливала за плюс тридцать градусов, окна открывались далеко не во всех отсеках, да и проводницы постоянно что-то от нас требовали. Начать с того, что они проявили при посадке излишнюю бдительность в отношении нашей группы, обнаружив у троих из нас несоответствие номеров паспорта с указанным в билетах (оригинальная мысль пришла кому-то - указывать в железнодорожном билете номер паспорта!). Завозившись с нашими паспортами и забегавшись с ними к начальнику поезда, проводницы не успели вовремя выдать нам белье, в результате чего нам пришлось писать объяснительную ревизору. Далее нам пришлось писать разъяснительную по поводу той объяснительной, чтобы ревизор не наказывал проводниц. Итак, погрузившись в изыски эпистолярного жанра, мы продолжали свое путешествие за Урал, в славный город Новосибирск. Кстати насчет Урала. У наших друзей из Германии сложилось стойкое впечатление, что никакого Урала на самом деле нет, что это просто легенда такая о высоких уральских горах, так как поезд шел по какой-то другой дороге и гор мы действительно не видели. Не повезло нам с горами, короче, а они до сих пор всем рассказывают, что «уральских гор нет!». Зато повезло с русской экзотикой в лице пьяного мужика, который целый день без остановок ругался на весь вагон матом, упал с верхней полки и был торжественно выведен из вагона подоспевшим нарядом милиции под одобрительные взгляды оставшихся пассажиров. Жаль только, полка у мужика была верхняя…

Когда мы, наконец, вырвались из душного и липкого поезда, в котором, как и предсказывал Ашот, в начале третьих суток путешественники начинают пускать корни, нас уже не могли смутить никакие бытовые неурядицы - мы закалились. Домики из фанеры с двухэтажными металлическими кроватями, постельное белье в трогательных далматинцах, величественная, выкрашенная в зеленый цвет уборная с пятью дырками в ряд, горячая вода в строго лимитированных дозах - все это после поезда казалось раем земным. А знаменитая шутка вожатых, что «в лагере хорошо, вот бы еще детей не было», воплотилась в реальность, и в лагере действительно не было детей (по ночам даже милиция приезжала, лишний раз убедиться, что детей и в правду нет). Дело в том, что за несколько дней до нашего приезда лагерь скосила эпидемия дизентерии, и наша работа с национальной сменой сорвалась. Таким образом в нашем распоряжении оказались лишь быстро оправившиеся вожатые, с которыми мы и проводили тренинги, играли в игры, ходили купаться. В общем - жили душа в душу и всячески обменивались опытом. На руку нам сыграло и то, что лагерь был расположен в потрясающе живописном месте, практически на берегу обского водохранилища, так называемого обского моря. Вокруг - сосновый лес, ягоды костяники, ну и не без комаров, конечно. Да, еще один маленький штришок к пейзажу - казацкий палаточный лагерь военно-патриотического объединения «Сибирская застава». В один из вечеров мы пошли к ним в гости. Нашей русско-украинско-армянско-еврейско-курдско-татарско-литовско-якутско-азербайджанско-немецко-грузинско-ирландско-казахско-корейско-австрийской компании было интересно увидеть, как сибирские казаки воспитывают детей (как выяснилось - преимущественно ремнем и отжиманиями), поиграть в слегка военизированные игры, поводить хороводы и ручейки. Правда, на следующее утро принимающей стороной уже оказались мы, предложив более традиционный набор игр: волейбол-баскетбол-футбол. Молодежь у казаков оказалась очень спортивная и боевая. В волейбол мы у них выиграли, зато баскетбол в их исполнении граничил с боями без правил, а футбол и вовсе превратился в побоище (нога, кстати, до сих пор болит). Но установлению межнациональной дружбы такие мелочи не помешали. Порадовало одно - в наше фирменное водное поло мы играли без них. Игра сея изобретена Ашотом и представляет собой гибрид вышеозначенного с американским футболом. Участники делятся на две команды, и сражаются в воде за мяч с целью забросить его в ворота противника. При этом юношам разрешено топить девушек, девушкам разрешено вообще все. Итогом явились совершенно исцарапанные торсы юношей (шрамы украшают мужчину!) и море прекрасного настроения как у игравших, так и у фотографировавших.

Вообще жизнь в лагере «Восток» чем-то напоминала рай. Такой простой и незатейливый. Со своими мелкими радостями вроде случайного подслушивания чужих тайн за тонкими фанерными стенами, и неприятностями, типа разбитой губы или насморка после ночного купания. Со своей любовной историей на манер Адама и Евы Лилит. Даже отказ работников столовой выйти на работу и приготовить завтрак в последнее холодное и дождливое утро не был воспринят как что-то серьезное, а как очередное проявление пресловутой русской экзотики.

Русская экзотика продолжалась и во втором лагере. Само название «Дзержинец» уже говорило о многом. В первый же вечер нам была поведана история о том, что в советские времена в лагере и вправду стоял металлический памятник «железному Феликсу», но во времена постсоветские этот шедевр изящного искусства был злодейски похищен и сдан в металлолом. Кирпичные корпуса, кирпичное же здание туалета, перегородочки между дырками (вообще прогресс!), горячая вода в душе всегда, ну почти всегда, кроме часа до еды и часа после, а учитывая, что едят там пять раз в день… короче, мыться лучше всего ночью, через час после второго ужина, пока вожатые на планерке. Первый шок мы испытали уже через пять минут после приезда, когда нас мягко отругали за то, что мы, оказывается, прошли по территории «линейки». А мы-то, наивные, полагали, что раз асфальтовая дорожка есть, то зачем же по грязи шлепать, а там - красота, цветочки посажены, елочки вокруг… так и тянет пройти. Вторым шоком оказалась новость о смене идеологии в лагере. Мы-то думали, что с превращением пионерских лагерей в детские оздоровительные дети в лагере занимаются отдыхом и оздоровлением, ан нет. Дети, оказывается, играют в интересные современные игры. Нам повезло застать смену бизнес-менеджмента. Отряды назывались «агентствами», вожатые «кураторами», столовая «банкетным залом»… как назывался туалет и душевая нам выяснить так и не удалось, хотя предположения строились и идеи высказывались. Но больше всего нас порадовала местная безналичная валюта под кодовым названием «ФЭД». Долго ломать голову не пришлось. Расшифровывалось это «Феликс Эдмуднович Дзержинский». Комментарии, думаю, излишни. Так что мы даже особо не удивились, когда один из наших немцев - Сандро - на второе утро собрался и уехал обратно в Москву. С него экзотики хватило.

Мы же, оставшиеся, в полной мере вкусили все радости и горести летнего лагеря. Меня постоянно преследовало странное чувство, что мне десять лет, и что меня вот-вот накажут за что-то, что я сделала не так. Избавиться от этого можно было только одним способом - выйти за ворота и вновь оказаться взрослым человеком, который может делать все что захочет, и никто ему ничего за это не скажет и не сделает. Тем более, что выходили мы и входили обратно беспрепятственно. Но на территории лагеря это чувство детской беззащитности возвращалось вновь, и давило с новой силой. Отделаться от этого не помогала даже работа, которую мы проводили с детьми.

Мы предложили детям несколько кружков по интересам. Ашот с Ирой из Красноярска вели Дискуссионный клуб, Сережа из Новосибирска вел Клуб путешественников, Штефан с Айталиной из Якутии и Олей из Новосибирска вели Кружок латиноамериканских танцев, а мы с Джеки, Маркусом, и Славой из Новосибирска вели так называемый Клуб джентльменов - уроки английского языка. Наше первое занятие прошло вполне в духе лагеря: нам на урок насильно пригнали два самых младших отряда, пообещав им мультики. Каково же было разочарование детей, когда вместо мультиков мы стали учить их английскому алфавиту и счету до десяти! Очень повеселил вопрос одной восьмилетней девочки: «А Джеки знает русский? А слово из трех букв знает?». На следующие уроки, по нашим убедительнейшим просьбам, к нам уже стали ходить не по принуждению, а по желанию. Детей в нашей группе, правда, стало в несколько раз меньше, зато появилось несколько вожатых, которые тоже были не прочь подтянуть свой английский. Но главный шок нас ждал в тот момент, когда мы раздали ученикам листы бумаги и попросили написать свои пожелания к следующему уроку. Прочтя поступившие заявки, мы с ужасом обнаружили в русском языке наших подопечных такое количество орфографических ошибок, что стало просто страшно. Хотя, может, не стоило принимать все так близко к сердцу, а надо было сделать скидку на то, что лето, дети расслабились…

Настоящей отдушиной, ярким праздником среди серых будней становились для нас приезды друзей - Иосифа и Димы. Как заботливые родители, приезжали они навестить нас с шашлыками, фруктами, дынями и арбузами, с пивом и сигаретами. И тогда мы уходили в лес, разжигали костер, хвойный воздух наполнялся ароматами жареного мяса, а ночная тишина отступала, уступая место грузинским, армянским, якутским песням. У костра можно было просидеть до утра, не обращая внимания на погоду, под дождем, а потом с упоением фотографировать рассвет над бердским заливом. Красота и величие сибирской природы стоили мелких невзгод нашего путешествия, а возможность пообщаться с друзьями, живущими так далеко, вообще сводила на нет все негативные моменты.

Уезжать не хотелось. Не хотелось расставаться со старыми и новыми друзьями, было грустно возвращаться во взрослую жизнь, а хотелось остаться в лагере, где по ночам мажут друг друга зубной пастой и подкладывают в кровать спящим свежепойманных ежей. Где нет большего счастья, чем удрать из лагеря и сидеть в лесу у костра, и петь песни, и печь картошку. Где можно просто так устроить для детей цирк с клоунами, жонглерами, силачами и тиграми, выставив на сцену двух кандидатов наук.

На всю жизнь запомнился торт, купленный Иосифом и съеденный всеми вместе на перроне. Отличное завершение поездки. И снова дорога, снова поезд. Вагон на этот раз купейный. Мы едем в Екатеринбург.

Пять утра. Пять градусов. После новосибирской жары надеваем на себя все, что есть, и ищем открытое кафе. Занятие безнадежное, хотя и перерастает постепенно в осмотр городских достопримечательностей. Опять поминается всуе русская экзотика. В восемь часов открывается почта, где тепло и есть Интернет. Да здравствует цивилизация! В девять открывается столовая в мэрии. Завтрак. Обедаем в резиденции губернатора. Жизнь налаживается. Нас затягивает круговорот общения, встреч, круглых столов. Снова встречи со старыми друзьями, радость новых знакомств. Делимся впечатлениями о поездке, слушаем доклады о проделанной работе, наблюдаем за работой молодежных организаций, общаемся с национальными лидерами. Штефан отлеживается с простудой, Маркус с отравлением. Мы с Джеки держимся, как партизанки. В половину третьего ночи нас провожают на московский поезд. Места опять верхние, хорошо что в одном вагоне, хотя и не рядом. Всю дорогу до Москвы Джеки рвало. Остальные члены команды при этом невозмутимо потягивали пиво. Пассажиры плацкартного вагона шарахались от иностранной речи. Для них это была экзотика.

Мария Копельян
Центр межнационального сотрудничества



© 1993-2003
Веб-Мастер


Если у Вас есть интереснаяинформация о межнациональной
обстановке в вашем регионе илио деятельности вашей организации,
то мы будем рады получать ее от васи размещать на нашем сайте.
center@interethnic.org