| Главная  страница |
 



Какое же чудесное наследство нам оставил Сталин!





    Какое же чудесное наследство нам оставил Сталин! Он так вовремя умер, что у беспамятных соотечественников остались в уме высотки и победа в войне, помпезное кино и постоянное снижение цен в ирреальной цветущей, как раскрашенный труп экономике. Сам же Сталин лежит под камнем и усмехается в усы. Смеется он над нами, идиотами.    - Я выслал чеченцев и ингушей, крымских татар, народ их наказал, а вы, сопливые интеллигенты, их вернули, простили. Но я-то знал, что они, если не вымрут, будут помнить, как мы жгли их деревни, морили голодом в вагонах и голой степи. Не вернули бы, жили бы сейчас за границей, и Назарбаев бы с ними мучался. А так теперь – воюйте, снова жгите и убивайте, ставьте марионеток, и каждый год, в день Красной Армии дрожите от страха, пока кучка еще больших идиотов оплакивает мою мудрую высылку.    Это завещание Сталина работает сейчас вовсю. Тлеет война, в которой убивают детей, насилуют девушек, отрезают головы солдатам. Таинственные взрывы не сплачивают граждан, а разъединяют. Седьмого февраля, на следующий день после трагедии в метро, мы не вышли скорбными и решительными рядами на улицы. А сообразили бы, появились бы на проезжей части в строгом милицейском коридоре всякие жители Москвы, зарегистрированные и незарегистрированные, блондины, шатены и брюнеты. Да еще с российским и столичным начальством во главе. Коли нет общества, а есть вертикаль, послали бы по ней звоночек вниз. Но нет. До всякого расследования кинули нам фамилию "Масхадов", а милиция и побежала хватать выходящих из мечети.    Если не было у нас сплочения вокруг жертв московского взрыва, куда там думать вместе со всей Европой о погибших в Мадриде. А зачем? Что это даст? Выйдем на улицы, а тут еще кто-нибудь бомбу кинет. И сказали же нам, правда, по другому поводу: "Без истерики!" По другому, но это стиль. Странные мы люди! Когда удобно, мы "обалденно" духовные, а в другой раз – вот такие мы вот рациональные!    Тоже мне, меры безопасности, будто в Мадриде и в других европейских столица не опасно скапливаться больше трех.    Вот чуть больше трех памятливых собрались помянуть жертв сталинской депортации. Им не разрешили, они все равно помянули, кое-кого похватали, организаторам припаяли штраф, да еще припечатали безнравственность: вы что, какие-то чеченцы, когда они тут все заполонили с рынками и бомбами…   А вот другие три с половиной товарища, извернулись заказать себе разрешенное стояние в парке, якобы к сороковинам трагедии в метро, а сами обклеили Москву всякой антикавказской дрянью, и солидарны они в эти сороковины не с жертвами теракта, а, скорее, со славными патриотичными ребятами, что в Питере убили маленькую таджичку. И им разрешили стоять в парке. А как не разрешить, если еще осенью девяносто третьего московское начальство считало: "Вот хорошо, что комендантский час, просеем всех черно…пых!" Как не разрешить, если это ощущение запуганного, злобного и покорного многомиллионного стада.

Сергей Бунтман

 
| Главная  страница |