|
 В среду 7 апреля премьер-министр Польши Дональд Туск приезжает в Смоленскую область по приглашению своего российского коллеги Владимира Путина. Вместе с ним он присоединится к поминальным действам, посвященным массовым расстрелам в Катыни 70 лет назад. 10 апреля в мемориальных мероприятиях примет участие и польский президент Лех Качиньский. Польское телевидение будет вести оттуда трансляцию.
Напомним вкратце, что весной 1940-го года, уже после подписания пакта Молотова-Риббентропа и вторжения фашистской Германии и Советского Союза в Польшу, сотрудники НКВД расстреляли почти 22 тысячи польских заключенных, среди которых был также цвет польского офицерства.
В 1943 году, когда обнаружили захоронения в Катыни, Польша инициировала расследование этих событий. До 80-х годов официальная позиция СССР была такова, что сотрудники НКВД непричастны к расстрелам, и что это дело рук нацистов.
В 1990-м году президент СССР Михаил Горбачев передал связанные с Катынью документы польскому президенту Войцеху Ярузельскому, а ТАСС опубликовало официальные извинения. В 1992-м году, уже при первом президенте России Борисе Ельцине, документы о катынских преступлениях были опубликованы.
Несмотря на все это, Катынь продолжает вызывать споры и по-прежнему остается барьером в российско-польских отношениях, которые и без того непростые.
С одной стороны, говорит директор Центра по изучению России Российского университета дружбы народов Игорь Чубайс, «после 2000-го года, когда Ельцин ушел в отставку, наши комментаторы на телевидении, в газетах очень двусмысленно себя вели, регулярно высказывали мысль, что это Третий рейх, а не НКВД».
С другой стороны, хотя отрицать причастность НКВД к расстрелам нельзя, «Катынь давно уже превратилась из преступления тоталитарного режима в идеологический ход», который Польша использует для «извлечения политических дивидендов», считает Максим Бабюк, доцент кафедры истории и правового регулирования отечественных СМИ факультета журналистики Московского государственного университета.
Кроме того, Максим Бабюк призывает не забывать и о совершенных Польшей преступлениях. «Когда они говорят о Катыни, - это преступление против человечества, - говорит Максим Бабюк о поляках. - А когда вспоминают о десятках тысяч замученных красноармейцев в польском плену после советско-польской войны 20-го года? Поляки это не любят очень вспоминать и говорят, что это попытка уйти от ответственности за Катынь». «Это так же глупо, как и использование этого с нашей стороны в качестве аргумента против Катыни», - убежден Максим Бабюк.
Той же точки зрения придерживается депутат Государственной Думы, политолог Сергей Марков. В интервью Русской службе «Голоса Америки» он сказал, что Россия уже давно признала свою ответственность за катынские преступления, и в плохих отношениях между Москвой и Варшавой виновата Варшава.
«Однако в последнее время наметились позитивные сдвиги, - отмечает Марков. - Связаны они с приходом новых политических сил [в Польше], прежде всего во главе с Дональдом Туском». «Встреча, которую Путин проводит с Дональдом Туском, является подтверждением Россией ее прежней политики», - заключил он.
Однако возникает вопрос, почему, например, фильм знаменитого польского режиссера Анджея Вайды «Катынь. Post Mortem» был впервые показан в России лишь на прошлой неделе, три года спустя с того момента, как был снят?
Все были удивлены, что этот фильм показали вообще. Вот что об этом пишет журналист газеты «Вашингтон пост» Энн Эпплбаум, обладатель Пулитцеровской премии за книгу «ГУЛАГ: История»: «Удивительным событием стал показ этого фильма по российскому государственному телевидению в пятницу на прошлой неделе. Все согласны, что без личного одобрения премьер-министра России Владимира Путина показ «Катыни» был бы невозможен» (перевод Inosmi.ru).
Энн Эпплбаум рассматривает Катынь как индикатор отношений между Россией и Польшей. «Отрицание Катыни, - пишет она, - стало для некоторых российских политиков и журналистов способом выразить свой протест против того, что Польша всем душой повернулась к западным организациям и к демократии западного образца; сами поляки тоже расценивают это именно так». «Может быть - хотя это всего лишь предположение, - за этим последует реальные изменения в российской внешней политике», - надеется Эпплбаум.
Игорь Чубайс не считает показ фильма Вайды столь значимым, так как, во-первых, фильм был показан по каналу «Россия. Культура», у которого аудитория сравнительно небольшая, во-вторых, анонс был дан меньше чем за неделю до показа.
Более важной проблемой, о которой свидетельствует Катынь, является присущий руководству России кризис самоидентификации и ставшее национальной чертой «двоемыслие», считает Игорь Чубайс. Пока в Катыни будут проводиться мероприятия в память о жертвах сталинизма, «скорее всего, треть страны будет вспоминать верховного главнокомандующего», говорит он. Смысл приглашения поляков в Катынь, полагает Чубайс, состоит в том, чтобы потом они «смогли приехать 9 мая на День Победы, когда будут мощные празднества, воспевающие победу советского оружия».
Разногласия, существующие между Россией и Польшей относительно различных событий Второй мировой войны, прокомментировал в интервью «Голосу Америки» также Алексей Фененко, ведущий научный сотрудник Института проблем международной безопасности РАН.
По его мнению, желая приравнять сталинский режим, пусть и со всеми его злодеяниями, к нацистскому, Польша «играет в очень опасную игру». Это попытка пересмотреть итоги Второй мировой войны, полагает Алексей Фененко, в то время как «весь мир функционирует на базе институтов, созданных после Второй мировой войны».
Свою точку зрения он подкрепляет двумя аргументами. «Трет
|
В мире 